Shcherbenko Art Centre: «Black on Prussian Blue» — 24/02-20/03Dymchuk Gallery: Добрыня Иванов. Согласно с оригиналом — 18/02-20/03The Naked Room: Никита Кадан «Искалеченный миф» — 27/01-07/03Voloshyn Gallery: Мыкола Ридный «Раскопки из будущего» — 30/01-14/03PinchukArtCentre: «Камень бьет камень» — «Хвостохранилище» — «Вспомнить день прошедший» — 27/02-15/08

У подножия «джунглей». Об одной днепровской artist run инициативе

29 января, 2021
Экспозиция «Выставки альтернативных решений публичного пространства», 2020. Фото: Алексей Потемкин.

В декабре 2020 года в городе Днепре в художественном пространстве «Приднепровский барвинок» открылась «Выставка альтернативных решений публичного пространства»¹. Прежде чем помыслить о том, о каких альтернативных решениях идет речь и для какого публичного пространства, необходимо коснуться вообще самой инициативы. «Приднепровский барвинок» — это одноименная общественная организация, зарегистрированная в 2018 году, и выставочное пространство, инициированное днепровским художником Даниилом Галкиным в помещении собственной квартиры в типовой многоэтажке жилищного массива «Победа»². В отличие от Одессы или Харькова с имеющейся в этих городах традицией квартирных выставок, Днепр не имеет подобной длительной истории. Скорее, это дань современным процессам сегодняшней Украины с растущим количеством artist run пространств (или же пространств, управляемых художниками) наряду с инициативами Noch в Одессе, Garazh127 в Харькове, Garage33 в Киеве, галерея «Гангрена» во Львове и т.д. 

По своей сути artist run пространство представляет собой альтернативу сложившимся обстоятельствам — либо рынку, либо идеологии. Подобные инициативы, пожалуй, существовали всегда, когда складывается рынок и появляется арт-система. Не называемые так, но, тем не менее, распространенные на рубеже 19 и 20 веков выезды на дачи и усадьбы также представляли собой определенную альтернативу, которая давала возможность для свободного чистого творчества. Именно там кипела творческая художественная жизнь и происходило, как бы мы выразились сегодня, межсекторальное экспериментальное общение. Затем в советское время квартирники и «кухни» являли собой альтернативную художественную мысль и формирование альтернативных художественных высказываний. По своей природе инициатива создания выставочных пространств в гаражах, на чердаках и квартирах несла в себе альтернативность — либо сложившейся идеологии, пропаганде или официальной культуре, либо же требованиям рынка. Создающиеся artist run пространства в Украине сегодня вряд ли можно назвать альтернативными в вышеупомянутом смысле. Они формируются ввиду отсутствия инфраструктуры и современного художественного образования, доступных коллекций, развитой сети искусства и профессиональных ориентиров. Learning by doing — определяющая стратегия для украинского художественного пространства на многие годы. В своем обзоре современных европейских artist-run площадок Пьеро Бизелло и Стефано Пировано пишут, что «знание об artist-run пространствах имеет решающее значение для понимания того, что происходит в джунглях над ними»³. За неимением таких «джунглей» — то есть разветвленной сети искусства и развитой инфраструктуры, подобные пространства в Украине в определенной мере представляют гибридные структуры. Так, и «Приднепровский барвинок» — это одновременно сугубо низовая инициатива, порожденная только лишь волей художника и желанием действовать, но нашедшая при этом практически с самого начала своего существования институциональную поддержку в рамках антикризисного гранта House of Europe. 
Экспозиция «Выставки альтернативных решений публичного пространства», 2020. Фото: Алексей Потемкин.
Экспозиция «Выставки альтернативных решений публичного пространства», 2020. Фото: Алексей Потемкин.
Экспозиция «Выставки альтернативных решений публичного пространства», 2020. Фото: Алексей Потемкин.

«Барвинок» возник не в подпольной ситуации, а в ситуации отсутствующей инфраструктуры, и сочетает в себе одновременно ориентацию на воображаемую институциональную деятельность и learning by doing, оставляя при этом пространство для интуитивности, непрогнозируемости и спонтанности. «Барвинок» стоит рассматривать не как альтернативу (иначе альтернативу чему?), а как попытку посодействовать формированию художественной среды в Днепре — городе, долгое время закрытом, но который сегодня пытается переоткрыть себя и связанные с ним мифы и стереотипы посредством художественных проектов, чем активно занимается сегодня организация Kultura Medialna и инициированный ими Центр современной культуры в городе Днепре (DCCC).

*** 
Для первой выставки, выявившей исследовательский подход, была избрана тема детских площадок — новых, забытых, разрушенных, исчезнувших, которые, помимо прочего, формируют городской ландшафт. Поводом для выставки стало размышление об уничтожении городской среды, уничтожении советских монументальных детских парков и появлении на их месте новых — «партийных с национально-патриотическим содержанием». В совсем небольшом пространстве однокомнатной квартиры самого художника, ремонт которой представляет собой очищенный до бетона «скелет» здания 1976 года постройки, удалось сделать утонченную, свободную, но при этом насыщенную смыслами экспозицию.
Выставка предлагает осознать, что возможно переосмыслить то данное нам наследие, что возможно делать иначе в будущем. Кроме того, она свидетельствует о политизации нашей социальной жизни, когда обустройство городской среды становится результатом даже не утверждения тех или иных политических идеалов, а политиканства как неотъемлемой части нашей жизни. 

Выставка с прозрачным и достаточно прямолинейным названием предлагает альтернативный взгляд на обустройство городской среды с привлечением современных художников. Как будто раздосадованные окружающей нас пошлостью и безвкусицей (под маской служения городу), художники предложили собственные  альтернативные предложения для улучшения городской среды. «В Днепре к выборам открыли минимум четыре локации — на месте отрезков улиц, которые до этого имели историческую ценность, разрушая естественный ландшафт дикой природы набережной Днепра. Обыватель доволен, чиновники  переизбраны, а самобытность Днепра поэтапно уничтожается», — комментирует художник Даниил Галкин. 
Дана Космина «НАО (Незащищенный архитектурный объект)», 2020. Фото: Алексей Потемкин.

*** 
«Выставка альтернативных решений публичного пространства» включает работы, в которых художники предлагают новые решения организации городской среды, либо же представляют исследовательские проекты, осмысляющие изменения городского ландшафта. Днепровский коллектив Fantastic Little Splash предлагает вообразить эргономичную детскую площадку будущего с яркими обтекаемыми формами лесенок, каруселей, качелей и других объектов. Даниил Галкин, обращаясь к индустриальной специфике Днепра и особой эстетике жилмассива «Победа», создает макет, в котором мы можем вообразить детскую площадку как лабиринт из «водосточных» труб, разворачивающийся в подземном городе. Вход в этот «город» обеспечивают классические детские горки через отверстия люков. Митя Чуриков, который в своей художественной практике исследует архитектуру и анализирует изменения городского ландшафта в своих инсталляциях, в видео для выставки в «Барвинке» будто воплощает детскую мечту о «домике-фургоне». Ряд домиков-фургонов, соединенных между собой подвесными лестницами, нашли пристанище на ветвях деревьев. Есть здесь аллюзия на «Волшебника Изумрудного города» или нет, но подобный проект вполне мог бы быть реализован. Экспонированное на «втором этаже» квартиры (собственно, спальном месте), видео воспринимается как будто секрет, который необходимо обнаружить, потаенное место, в котором можно укрыться. 
Fantastic Little Splash, скриншот из видеоработы «Без названия», 2020.

Архитектор и исследователь советской архитектуры Алексей Быков вместе с заслуженным архитектором Украины Владимиром Шевченко представили архивные фотографии уничтоженных сегодня советских детских площадок, которые спроектировал Владимир Шевченко. В частности, архитектор является и автором не существующей сегодня детской площадки в парке Т.Г. Шевченко в Киеве. В продолжение «архивной» линии — исследовательская работа Даны Косминой «НАО (Незащищенный архитектурный объект)». В своей активистской и художественной деятельности Дана Космина обращается к изучению советской модернистской архитектуры. В «НАО» художница обращается к истории уникального детского городка «Звездный» жилмассива «Солнечный» на левом берегу Днепра, построенного в конце 1970-х годов, и уничтоженного в 2008. Инсталляция состоит из напечатанной на 3-д принтере одной из архитектурных форм бывшего городка, документа с разрешением на демонтаж городка и архивных фотографий. Рядом расположена «песочница», в которой можно увидеть «кости» динозавров. Как свидетельствует аннотация проекта, это «реплика детского уголка берлинского музея естествознания, где маленьким посетителям предлагается “раскопать” керамические кости доисторических млекопитающих и попробовать себя в роли археологов». Кстати подобный ход реализован и на детской площадке в реконструированном Саржином яру в Харькове. Однако в работе Косминой песок и кости приобретают отнюдь не игровое значение. Здесь речь идет о забывании и уничтожении определенного культурного слоя и стирании — как из коллективной памяти, так и из городского ландшафта — оригинальных архитектурных объектов. Также на выставке представлена совместная работа французской художницы Дельфин Бертран, интересующейся космосом, наукой, взаимодействием материи и материалов, и Даниила Галкина. Инсталляция представляет собой «ландшафт», сформированный размещенным на балконе песком. Под воздействием ветра ландшафт претерпевает изменения. Работа отсылает к истории сооружения Гитлером системы береговых укреплений, личным впечатлениям Даниила Галкина, который во время резиденции во Франции изучал оборонительные сооружения, в частности, бункеры, а также биографии самой художницы, которая провела детство в городе Этабль-сюр-Мер в Бретани, где сохранились бункеры времен Второй мировой войны, по сути ставшие для художницы своего рода детской площадкой. Симптоматично, что недавно построенная детская площадка в жилмассиве «Победа» имеет форму военного корабля, так как именно в этом районе на берегу Днепра был пришвартован настоящий военный корабль, в 1990-е разобранный на металлолом. В течение действия выставки совместный ландшафт Галкина и Бертран был «припорошен» ракушками, водорослями, солью, песком и другими материалами, собранными на французском побережье. Передвигающийся от ветра песок, смешивающийся с водорослями и ракушками, вытирание, исчезновение, проявление, снова исчезновение и появление, геополитическая изменчивость — об этом всем можно задуматься, стоя на балконе 11-го этажа «Приднепровского барвинка». 
Александр Стешенко, «Майдан», 2020.

И в завершении — работы участников независимой творческой студии «Ателье нормально». Среди прочих произведений — рисунков и текстов — обращает на себя внимание концептуальная работа Александра Стешенко. Автор работает с игрой слов «майданчик» и Майдан. Слово тюркского происхождения «майдан» означает открытую площадку или открытое место, место собраний, базар. В политическом контексте Украины «Майдан» безусловно воспринимается в связи с политическим высказыванием или протестным движением. Отталкиваясь от майдана, видимо, как открытого места или же места встречи, Стешенко расширяет ассоциативный ряд до множества самых разных майданов как места встречи, места собрания. А собрания могут иметь совершенно разные характеры. Собрание может быть школьным, библиотечным, вокальным, цветочным, космическим, культурным, театральным, цирковым и т.д. Автор предлагает создание большого количества сцен, где собственно и происходят эти встречи и осуществляется общение. И сегодня, пожалуй, основная функция «Барвинка» — это содействовать реализации встреч и быть местом для высказывания, ведь майдан изначально по своему предназначению — место собраний. 

*** 
«Барвинок», не имеющий или до конца не определившийся с собственной стратегией сегодня, порожден желанием художника Даниила Галкина заполнить лакуны художественной жизни, желанием действовать, обозначить присутствие в целом в неблагоприятной среде. Возможно, работа с городским пространством и улучшение городской среды посредством художественной практики и станет основным фокусом деятельности инициативы, способствуя формированию и развитию художественной среды как таковой в городе-миллионнике. Насколько может быть это услышано или не услышано городом, насколько эти художественные проекты утопичны или их можно будет воплотить в жизнь, это вопрос времени. 

Само название этого artist-run пространства — отсылка к литературно-художественному журналу для детей младшего и среднего школьного возраста. Нежная ирония и любование самим «барвиночком» как будто намекает на то, что мы (как государство и общество) сегодня находимся еще совсем в детском возрасте для осмысления и профессиональной работы с собственным наследием. Деятельность «Барвинка» на данном этапе, прежде всего, — это коммуникация. Новый днепровский художественный топос, который, возможно, в будущем поспособствует формированию «джунглей». Сейчас это попытка запустить процесс. Но как дальше его развивать и поддерживать, зависит от возможностей «Приднепровского барвинка» наладить коммуникацию за пределами замкнутого сообщества. Share: