/var/www/cdpolya9961/data/www/artslooker.com/wp-content/themes/looker
https://artslooker.com/wp-content/themes/looker

Интервью с создателями 30-метрового мурала в рамках «Книжного Арсенала 2018»

940
Иллюстраторы: Анна Андреева, Иван Дудченко, Андрей Гетманчук

Иллюстраторы: Анна Андреева, Иван Дудченко, Андрей Гетманчук / Фото: Саша Донев

Подготовка к фестивалю «Книжный Арсенал» и сама фестивальная программа оказались очень насыщенными. Не только для изданий-участников, а и для художников-иллюстраторов, графиков, которых в этом году в проекте приняло участие немалое количество. Накануне фестиваля искусствовед и куратор Екатерина Пидгайна пообщалась с иллюстраторами Иваном Дудченко, Андреем Гетманчуком из 111room и Анной Андреевой, которые втроем создали 30-тиметровий мурал внутри Мистецького Арсенала на время фестиваля.

Екатерина Пидгайна: Предлагаю сначала поговорить об иллюстрации вообще, а потом о Книжном Арсенале (КА). Для тех, кто с иллюстрацией связан опосредованно, скажите, какую роль она занимает среди художественных направлений? Или это вообще более коммерческое явление, которое сложно отнести к конкретному виду искусства?

Аня: Я, как человек, который этим занимается, за то, чтобы иллюстрация была самостоятельным видом искусства, чуть ли не самым главным (смеется). В коммерческом плане с иллюстрацией легко работать, но она далеко не только для этого.

Ваня: Могу привести довольно интересную параллель. В одном из интервью Цоя спросили, какая у него любимая игрушка? Пластилин, ответил он. Почему? Потому что из него можно сделать все, что угодно. Так и с иллюстрациией: на сегодняшний день в нашей стране, когда она переживает, можно сказать, творческий всплеск, стерается граница комерческое-некомерческое. Иллюстрация может быть на сайте, может быть в журнале, а может и в форме мурала или в спектакле. Особенно в большом городе все эти грани очень сильно стираются и разделить коммерческое с некоммерческим сложно.

DSC08185

ЕП: Где вы учились иллюстрации?

Ваня: Учились больше самостоятельно, до 4-го курса рисовали вообще от руки в «Технологий и дизайна» (прим. Киевский национальный университет технологий и дизайна).

Аня: Ну в этом был определенный смысл — нам до 2-го курса в Бойчука (прим. Киевский национальный институт декоративно-прикладного искусства и дизайна им.И.Бойчука) запрещали в компьютере что-то делать, чтобы мы могли рисовать материалом на бумаге. Это в принципе полезно, но главное  — не затягивать. До 4-го курса тянуть не надо было… Преподаватели старой закалки воспринимали компьютер как что-то страшное. «Бо треба гуашшю на великому форматі».

DSC08239

ЕП: Как создается иллюстрация на примере этой 30-ти метровой работы за нами?

Андрей: Нам предложили поучаствовать в выставке в рамках КA, мы собрались с группой иллюстраторов Pictoric. Если говорить об иллюстрации в целом в Украине, это достаточно заметные ребята. На этой илюстраторской тусовке нам сказали, вот у вас есть стена и можно ее сделать, у вас один день на эскиз. Это очень стихийно происходило.

Аня: В общем мы собрались у ребят в студии 111room, у нас был большой формат, Андрей сделал такую длинную штуку, чтоб нам было удобно работать в масштабе и мы начали думать, что же делать… Сначала думали его полностью заполнить.

Ваня: И вот эти сроки как раз очень удачно сработали. С одной стороны, классно, когда у тебя есть время, с другой – есть свой смысл и свой сок в дедлайнах.

Андрей: Мне лично нравится когда мало времени, чтоб не рассусоливать не растягивать. То есть ты здесь и сейчас — придумали эскиз, отправили, сказали чуть-чуть переделать, переделали и вот что получилось. Каждый из ребят — я, Аня, Ваня — выбрали своих любимых персонажей, любимые  приемы, у каждого был свой почерк и мы постарались все это совместить. Для нас самих это оказалось очень экспериментально.

DSC08207

ЕП: Наверное сложно работать в команде над одной работой.

Ваня: Сложно, но интересно.

Андрей: Поначалу, а потом стирается грань. В какой-то момент уже не осознаешь, ты рисуешь на стене-не на стене, сам-несам – какой-то единый поток.

ЕП: О времени и дедлайнах. Недавно видела обьявление в НАОМА: ищут иллюстратора – оплата 2000 грн. за 100 иллюстраций «соответствующего требованиям уровня». Сколько все таки необходимо времени на создание одной иллюстрации. Насколько это кропотливый труд?

Ваня: (смеется)

Аня: Это зависит от стиля, но я люблю быстро делать, это получается живо. Примерно 3 дня, ты не рассусоливаешь, она не киснет.

Андрей: Когда я смотрю на произведение искусства, я сразу вижу, сколько человек оставил себя в картине или скульптуре. Ляпнул он, либо он долго к этому подходил, долго об этом думал, сколько потратил на это времени. Так и в иллюстрации.

ЕП: Из каких источников можно больше узнать об иллюстрации? В одном из своих интервью иллюстратор и преподаватель Британской школы дизайна Виктор Меламед говорит о том, что только учась в университете Херфордшира, он почувствовал разницу между исследованием и спекуляцией и что иллюстрация сегодня исследована очень поверхностно. Как считаете, какова ситуация с этим в Украине?

Андрей: У нас занимаются этим сами иллюстраторы.

Аня: я не читаю никаких книг, иллюстрация на то и иллюстрация, на нее нужно смотреть, анализировать как она растет. Есть маленькое пространство Pictoric, где проходят выставки и у них представлены последние новинки – иллюстраторские книги, они знакомят иллютраторов, например, из Польши, Барселоны, Киева. Но пока это все только начинает развивается. Pictoric пытаются вывести иллюстрацию на новый уровень, популяризируют ее, и привлекают для этого многих иллюстраторов.

Андрей: Они формируют целое направление. Если проанализировать историю искусства, там где были какие-то сообщества художников, там всегда рождались какие-то новые идеи.

Ваня: Пока только эти ребята занимаются фиксацией информации.

DSC08271

ЕП: Как представляете развитие иллюстрации в Украине в ближайшее время? Как зритель воспринимает иллюстрацию?

Ваня: Зритель не подготовлен, увы. Притом, что сейчас появилось довольно таки приличное количество ребят, которые рисуют, а это связано с всплеском музыкальной культуры, культуры татуировок и тому подобное… Поезд несется и все ускоряется. Очень много насмотренности, ребята ездят заграницу и зритель уже знает что происходит за пределами нашей страны. Но тем не менее, имеют место отголоски прошлого, предвзятость к идее, к тому, что изображается и как, некоторый консерватизм. Однако с теми темпами, как все развивается, сдвиг парадигмы со стороны творца уже происходит, а со стороны зрителя осталось ждать не долго.

Аня: Мне кажется, люди всегда хорошо относятся к таким интересным штукам, как иллюстрация. Главное, чтоб иллюстраторов больше привлекали в какие-то интересные проекты. Например, у нас не очень налажено сотрудничество между иллюстраторами и журналами. У нас больше воспринимают фото, на западе для этих целей давно используется иллюстрация, то есть журнальные проекты иллюстрируют.

DSC08220

ЕП: То есть когда вы начинаете интеграцию в городское пространство, вы понимаете что это может быть однодневным искусством. Возвращаясь к зрителю и восприятию уличного искусства — например, еще полгода назад видела ваши работы на БЖ, сейчас их уже там нет — что случилось? Также мы имели с вами замечательную коллаборацию в рамках GogolFEST’17, когда вы оформляли огромными авторскими наклейками 3-й павильон ВДНХ. Прожили они ровно 3 дня по причине различных эстетических убеждений с администрацией выставочного центра. Как думаете, почему такой непродолжительный срок жизни уличного искусства и вашего в частности?

Андрей: Чем прекрасен стрит-арт, хочет зритель или не хочет, стрит-арт живет. Когда ты размещаешь свою работы, ты не спрашиваешь разрешения, с одной стороны, а с другой, ты подготавливаешь зрителя – не имеющий отношения к искусству человек, смотрит и видит что-то свое, новое. В истории с ВДНХ может мы тоже чуть-чуть сдвинули рамки привычного. Я из маленького города и ни о каком училичном искусстве там не могло идти речи, но у меня есть друг, который занимается созданием графити и он фактически сам весь Сторожинец закрасил графити, то есть прям на глазах молодые ребята начинают в это окунаться и как-то их это подстегивает. Часто когда творческий человек видит что-то красивое на улице, это его вдохновляет на создание чего-то своего.

DSC08199

ЕП: Как воспроизводится и живет произведение искусства в современных условиях? Что является местом «посадки» и созерцания иллюстрации массовым зрителем? Где можно увидеть ваши работы?

Андрей: В прошлом году нас очень заинтересовал такой вид носителя, как стикеры, которые мы клеили по городу, не спрашивая, конечно же, разрешение у людей на улице. С помощью векторной графики это можно было все легко перенести и нам доставляло удовольствие это печатать и клеить. Также мы делали постеры и значки. Чем интересны для нас большие стикеры и размещение на улице, что оставляешь этот стрит-арт на растерзание жителям города, ее могут содрать бабушки, которые убирают или другие уличные художники.

DSC08140

ЕП: Сейчас действительно очень интенсивные интервенции искусства в уличное пространство, Киева, в частности. Что же касается качества — на самом деле трудно определить, стоит ли какое-либо изображение того, чтобы на протяжении долгого времени украшать какую-то локацию, здание. Какие здесь могут быть ориентиры и требования на ваш взгляд.

Андрей: В графити это очень стихийная штука, не думаю что ее можно как-то контролировать. Другое дело муралы – мне кажется, что можно создать команду компетентных людей с соответствующим высшим художественным образованием и чтоб муралы заходили через эту дверь в наш город.

Ваня: Уличное искусство это частично провокация, частично побуждение или вызов. Учитывая события, которые происходили и происходят в стране, представляется логичным, что околополитическая тематика, социально-патриотичная, хочешь-нехочешь, в любой форме будет присутствовать. Оцениваю попытки запечатлеть эту тему 50/50 — есть что-то удачное, а есть — «краще б очі не бачили». И когда через такое качество показывают нашу культуру, это мягко скажем, обидно. То есть показывают ту шароварщину, от которой хотели изначально уйти, но к которой опять пришли. Абсурд. Но вместе с тем, заходят иностранные художники, которые ресуют очень классные вещи, которые не только герб и лелеку могут изобразить.  Они тоже побуждают только своими окольными, «не в лоб», путями к созиданию, к революции сознания. И это красивее и эстетичнее смотрится в контексте муралов.

Андрей: У нас много политического фона, хотим или нет, он отголоском будет звучать в муралах.

ЕП: Давайте поговорим о важности миждисциплинарности — в частности, взаимодействия книгоиздания и профессиональных иллюстраторов.

Андрей: Мне нравится очень издательство «Основи» — ребята, которые переиздают современную литературу. Восхищаюсь всеми иллюстрациями в этих книгах — для меня это показатель качества издания. Взять ту же «Энеиду», Лесю Украинку (прим. «Лісова пісня»), которую я пропустил в школе, но сейчас иллюстрации меня настолько заинтересовали,  что хочу вернутся к книге, узнать что там.

DSC08103

ЕП: Находясь не раз за кулисами украинских культурных проектов, хочу отметить что все они проходили в стрессовом режиме и делались в режиме 24/7. С какими сложностями вы столкнулись при подготовительных работах к КА при создании вашего огромного панно.

Ваня: Столкнулись с проблемой реактивного сознания во всем движе. С тем, что надо обсуждать все моменты с каждым человеком и их много.

Андрей: Без этого, наверное, никуда. Взять тот же Гогольфест — он нас научил, что не нужно обижаться на любую сложность, которая появляется на пути, а просто ее решать. Мне, например, очень нравится не по рецепту готовить, а взять что-то из холодильника и уже по ходу придумывать, так прикольнее. А вообще, нельзя приготовить яичницу, не разбив яйца.

Беседовала: Екатерина Пидгайна, искусствовед, куратор («Скульптурный цех»)

06.06.2018

Схожі записи