/var/www/cdpolya9961/data/www/artslooker.com/wp-content/themes/looker
http://artslooker.com/wp-content/themes/looker

Таня Войтович: «То, что делаю я, в основном, востребовано среди иностранных коллекционеров»

Таня Войтович / Фото: Игорь Македон

Таня Войтович / Фото: Игорь Македон

Таня Войтович реализует свой талант как в классической живописи, так и в альтернативном искусстве, одновременно работая над разными проектами. Она создает полотна на шелке, делает инсталляции и видео-арт, на глазах у изумленной публики режет шубы из рыси, снимает кино и работает над театральными декорациями. О коммерческом и некоммерческом искусстве, любви к шелку, украинском арт-рынке и многом другом Таня Войтович рассказала ArtsLooker.   

Таня, недавно открылась ваша персональная выставка работ, выполненных на шелке. Почему выбрали для себя именно этот материал и насколько сложно с ним работать? Расскажите об истории ваших взаимоотношений с шелком, ведь среди украинских художников этот материал – редкость.

– Как и многим другим авторам, мне необходимо постоянное развитие – я пробую себя в разных жанрах и пытаюсь экспериментировать с материалами. Одним из таких удачных экспериментов стал шелк, которым я активно занимаюсь уже второй год. Без лишнего пафоса – у меня с этим материалом какая-то особенная связь. Прикосновение к нему рождает дополнительную магию и усиливает идею работ. Речь идет не только о картинах, но и о мягких скульптурах, которые я тоже делаю из шелка. Могу сказать, что шёлк – это особое преломление света и красок. Касание и цвет создают новую физиологию ощущений, дополняют идею, а порой – меняют ее на кардинально противоположную.

И, да, вы правы: шелк – это материал, который не просто укротить. Благодаря своей многогранности, он постоянно бросает мне вызов. Это еще одна причина по которой я сейчас «привязана» к нему. Думаю, наш с шелком потенциал огромен и в будущем мы удивим всех новыми интересными проектами. Не хочу пока рассказывать, но к созданию одного из них я уже приступила.

А какие ваши проекты будут реализованы вот в совсем ближайшее время?

– Один из свежих проектов, который будет представлен уже в середине июня – спектакль «Экстремалы». Для него я делаю декорации и это совершенно новый виток в творчестве. Думаю, многие авторы захотели бы оказаться на моем месте, поскольку очень редким художникам выпадает честь создавать декорации. Подобным опытом могут похвастаться гении мира искусства – Дали, Пикассо, Тулуз-Лотрек. Чтобы проникнуться духом постановки я регулярно, вот уже несколько месяцев, посещаю репетиции труппы. Мне дали полную свободу действий, и я постигаю кулисы. Мне нужны детали, важно знать, что именно происходит на сцене, какие эмоции при этом испытывает зритель. Все это, безусловно, помогает мне в работе над созданием работ. Надеюсь, это будет не последний мой подобный опыт.

– Материал для декораций – тоже шелк?

– Да, так как шелк идеально подошел для этого проекта – структура, настроение, полная гармония с самой постановкой.

– Есть еще какие-то новинки, которыми Таня Войтович готова поделиться в ближайшем будущем?

– Новинок, идей, проектов – огромное количество. И мне все чаще хочется вместо двух иметь четыре руки. Ведь времени на реализацию всех задумок катастрофически не хватает. Но я сильно стараюсь все успеть. В частности, осенью хотелось бы представить проект Wooden Toys – серия деревянных игрушек – к созданию его я уже приступила. Дерево – это еще один мой эксперимент. Работа с ним открывает ещё одну грань тайны тактилики и цвета. Ты понимаешь, что это – другие оттенки энергии.

в-3

– Проекты, о которых вы рассказали, носят коммерческий характер? Или все же речь идет о концептуальном некоммерческом искусстве?

– Создавая свои работы, я вообще никогда не думаю о коммерческой стороне вопроса. И, возможно, зря (смеется). На самом деле, мне кажется, как только художник начинает задумываться о продажах, его творческое развитие затормаживается и его работы рискуют превратиться в банальные предметы интерьера.

То, что делаю я, в основном, востребовано среди иностранных коллекционеров – американцев, французов, немцев, англичан. Возможно, потому что я получила образование во Франции, мое творчество более привычно европейцам. Скажем, им понятнее шелковые мягкие скульптуры, чем украинским поклонникам арта. Впрочем, не стану кривить душой – мои работы есть и в коллекциях именитых украинских собирателей. Игоря Воронова, например.

– Вы говорите, что ваши работы лучше продаются за рубежом, чем в Украине. Подобное мнение высказывали и другие авторы. Почему так происходит, как думаете?

– Самая очевидная причина – отсутствие денег. Ведь такая категория как «искусство», а тем более – инвестирование в него, в Украине лишь зарождается. При этом, талантливых авторов и хороших работ у нас достаточно. Получается, что предложение намного превышает спрос.

Поэтому многие авторы стремятся попасть в иностранные галереи, «зацепиться» за дилера, работающего с зарубежными рынками.

Еще одна причина – непопулярность альтернативного искусство – видео-арта, перфомансов, работ из необычных материалов в Украине. Все как-то больше сконцентрированы на классическом подходе. Если картина – то желательно, чтобы холст, если скульптура – то лучше бы камень, медь, гипс и так далее. Мне же, например, интересно пробовать что-то другое. Вот и получается, что покупатели, в основном, из Европы и США, где это ценят и понимают. Плюс для них цена до 15-20 тыс. долларов за масштабную концептуальную работу является более, чем приемлемой.

Вообще считаю: если бы украинское искусство было представлено централизовано за рубежом – не единичные выставки и разовые продажи на аукционных торгах, а целая государственная программа, то мы могли бы дать очень хороший «пинок» для развития внутреннего арт-рынка. У нас есть, что показать миру в большом количестве – от авангардиста Богомазова до многих современных авторов. В том числе, молодых.

– Давайте поговорим о перфомансах и видео-арте. Помнится, у вас был проект, где вы резали шубу из рыси. Будут еще такие? Над чем сейчас работаете в видео-арте?

– Шуба из рыси у меня была только одна, так что пока не куплю вторую, резать ничего не буду (смеется). Если серьезно – мне нравится показывать проекты, которые совмещают сразу несколько жанров. Скажем, тот же перфоманс, живопись, скульптуру. Тогда зритель лучше может понять идею автора, получить больше информации о самом художнике.

С видео-артом у меня длинная любовная история, которая началась с короткометражного фильма «Данина». Он изначально задумывался как видео-арт проект, который в итоге попал на фестиваль «Молодость» и получил награды. В последствии его показали в Париже, Мюнхене, Бристоле и других европейских городах. Видео-артом займусь уже осенью, у меня есть некоторые наработки. Еще мне безумно интересно попробовать себя в digital art. Думаю, вскоре я удовлетворю свой интерес.

– Получается, что вы пробуете себя в разном искусстве. Это не мешает вам концентрироваться на отдельных проектах?

– Наоборот – помогает. Каждый из моих проектов является вдохновением для другого. И когда я параллельно реализовываю сразу несколько задумок, у меня все получается намного лучше и быстрее. Как бы ни странно прозвучало последнее.  Мне нравится пробовать разное и новое, это и правда меня вдохновляет.

в_1

– Именно поэтому вы параллельно строите спортивную карьеру? Ваши спортивные победы вас вдохновляет на новые достижения на поприще искусства?

– Искусство и спорт – это две большие части моей жизни. Каждая из них для меня очень важна. В спорте я уже достигла существенных высот – завоевала титул чемпионки Европы в тхэквондо, получила множественные золотые награды в чемпионате Украины по кикбоксингу и звание лучшей спортсменки Европы. В арте у меня тоже есть большие амбиции – хотелось бы когда-нибудь сделать выставку в Tate, например. И попасть со своими работами в коллекции мировых музеев.

25.05.2017

Схожі записи